Публикации - отдельные рассказы проекта напечатаны в газетах "Новости недели" (приложение "Калейдоскоп"), Израиль, и "Супер", Москва)

"Как все это понять, Анатолий?! Как можно вот так взять и выкинуть человека? Я же вижу - работают в институте годами какие-то тетки, у которых за спиной, кроме лаборантских курсов - ничего, китайцы толкутся - то приедут, то уедут, все на одно лицо - а для ученого, для исследователя, работы нет?"

"Шефа своего, Владимира Алексеевича Ветлицкого, Людочка вместе со всем коллективом уважала до непроизвольного трепета. Было Владимиру Алексеевичу слегка за пятьдесят, но был он свеж, высок, с аккуратным профессорским брюшком, благородной сединой в кудрях и бороде, с низким, приятным голосом опытного лектора. Но самое главное - Владимир Алексеевич был член-корреспондент Академии Наук СССР! Профессоров с таким титулом во всем университете было два-три человека, и поэтому вся кафедра беззаветно и до гроба любила своего зава хотя бы только за то, что он - Владимир Алексеевич Ветлицкий."

"Военная кафедра имелась далеко не в каждом из городских вузов, но если где и была, то походила на бородавку под мышкой - пользы вроде бы никакой, а выводить - себе дороже. На самом-то деле польза была, но очень уж своеобразная. “А для чего нужны стигматы святой Терезе? - спрашивал Господь незабвенного Веничку Ерофеева, - Они ведь ей тоже не нужны. Но они ей желанны”."

"Призывник-очкарик дернулся было к двери на улицу, но боец в асфальтового цвета комбинезоне натренированно, как бультерьер, ухватил его за плечо и пихнул к боковому выходу. Очкарик, и так не похожий на румяного здоровяка, совсем побелел..."

"Пацаны распалились. Витька уже лежал на полу - видно, он надеялся, что лежачего бить не будут, - но Зен схватил его за руки и поволок, как мешок с песком, а Равиль, нагибаясь, бил Витьку кулаками. Потом он стянул с него трико - кто-то из зрителей засмеялся, и стал бить ногами, стараясь попасть по почкам или в пах." Публикация - газета "Супер", Москва, 2001 (газетный вариант).

- Что ты делаешь, - сказал я негромко и погладил ее руку."

- Руки, - сказал Игорь, переводя ствол с одного на другого. Ребята попались явно опытные - они сразу поняли, что это не газовая хлопушка. Ножи упали на пол."

"Он стрелял одиночными. Стоял оглушающий грохот, правое плечо Алекса дергалось от отдачи, и я видел сквозь туман, что каждая пуля попадает в цель - Джейсон каждый раз словно наталкивался на невидимое препятствие. Он все-таки смог сделать еще шаг и обрушил лезвие на Дэна, но у того сработала футбольная реакция, и он откатился в сторону. Лезвие воткнулось в землю, а следующая пуля швырнула Джейсона назад, на стену конюшни. Стена загудела."

"Бабушка, впрочем, никому не мешала. Она была совсем уже старенькая и потому тихая, неслышно пробиралась знакомой дорогой из комнаты в туалет и обратно, по возможности аккуратно ела за общим столом и даже пыталась говорить “спасибо”, но получалось плохо из-за непослушного трясущегося рта. Впрочем, Мария Александровна умудрялась ссориться и с ней, и тогда плакали обе - теща громко, навзрыд, где-нибудь в туалете, а бабушка на своем стуле с высокой спинкой - тихо-тихо, только слезы по морщинам катятся и рот дрожит больше обычного."

" А город был виден даже из павильона, где сидел Глеб - из-за поросших кустами и островками жесткой травы песчаных холмов поднимались вдалеке белые высотные дома. На крышах зеленели пальмы, окна отбрасывали солнечные зайчики. Там, вокруг этих домов, были яркие магазины, уютные стеклянные кафе, столики на тротуарах... А здесь был песок, горячий металл винтовки, каска, сползающая на глаза, зеленые тряские джипы. Маленькая армия маленькой одинокой страны..."
Публикация - альманах "Ришон", г. Ришон-Ле-Цион, 2000.

Голос Жирного, перекрывая стук колес, бьется о тонкие переборки плацкарты, о пыльные окна и даже, кажется, вырывается наружу, и ветер уносит клочья наших гимнов о группе крови на рукаве, о троллейбусе, идущем на восток, о любви, которая стоит того, чтобы ждать... Да, и это наше поколение, как сказал старина Визбор, но он сказал это не про нас, а мы продолжали свой путь в грохочущем вагоне в направлении Полярной звезды."

"Обе Димины книги - девственный поток сознания человека, не отягощенного ни чувством языка, ни грамотностью, ни элементарным хотя бы вкусом. Вы скажете - он не ведает, что творит? Неправда, отлично ведает, но полагает (я сам от него слышал!), что исправлять ошибки - дело корректоров и редакторов, а удел писателя - парить в высях. Но книжки Димы не знавали ни пера редакторского, ни топора корректорского - что естественно для нашего самиздата. Результат - смотрите ниже."
Публикация - интернет-газета "Сегодня"

"Это был вечер воскресенья (в Израиле Вс - первый рабочий день недели). Сидя в темном, опустевшем институте, за чужим компом, я и представить себе не мог, что одним кликом на кнопку "Send" в ящике Hotmail можно круто изменить свою жизнь..."
Публикация - сайт Яндекс.Ру, конкурс "Охотничьи рассказы".